Цветообозначения со значением черного цвета являются еще одной доминантой творчества Высоцкого (они встретились в исследуемых текстах 125 раз). Несмотря на такую многочисленность, особенностью данного микрополя является отсутствие оттенков черного цвета.

Однако богатой оказывается словообразовательная парадигма ядерного прилагательного, члены которой, являясь сильными ТЗ, и составляют основу тезауруса микрополя:

Ядро микрополя Сильные текстовые заместители Слабые текстовые заместители Примыкающие текстовые заместители Околополевое пространство
черный(104) чернить   черно-белый Черномор (2)
  черненькая     черногорцы
  черны (3)     черногорцы (4)
  черен     черногорские
  почернеть (3)     Черногория
  черно     траур
  чернила     траурные ленты
  почерневшие     черный воронок (4)
  чернеть (3)     черные повязки
  чернота(3)     как черный раб
  по-черному (2)     как плодородные поля
        черная копоть
        как дула кольта
        аспид
        ворон

Анализ языкового материала показал, что наиболее распространенной группой микрополя оказывается околополевое пространство. Это явление мы можем назвать характерной чертой идиостиля поэта, в котором окказиональные смыслы доминантных цветов особо ярко и богато представлены именно членами данной группы микрополя.

Основной разновидностью единиц околополевого пространства микрополя черного цвета являются объектные элементы авторских сравнительных оборотов (как черный раб, как плодородные поля, как дула кольта), способные как эксплицировать черный цвет, так и указывать на него имплицитно. Некоторая часть данной группы является либо именем собственным, либо образованием от него (Черногория, черногорцы). Условная лишь терминологическая соотнесенность с рассматриваемым цветом обусловило их отнесение к единицам околополевого пространства.

Достойно упоминание субстантива аспид, который в «Песне-сказе про джина» употребляется в значении «злобный человек». Отнести данное существительное к микрополю черного цвета позволило основное значение слова — «слоистый минерал, сланец черного цвета, идущий на изготовление грифельных досок». С другой стороны, аспид — это и «ядовитая змея, родственная кобре, ехидне». Однако представляется спорным предположение, что Высоцкий учитывал цветовое значение при употреблении субстантива, так как он не является настолько употребительным и закрепленным в русском языке, чтобы ассоциативно вызывать цветовые ощущения (как, например, кровь, снег). С другой стороны, в контексте произведения наличествует и прямое указание на черный цвет:

Вот они подъехали - показали аспиду!
Супротив милиции он ничего не смог:
Вывели болезного, руки ему за спину
И с размаху кинули в чёрный воронок

Одним из художественных приемов поэтического стиля Высоцкого считаем «подсвечивание» основных тонов его оттенками, а иногда и «нанизывание» наименований одного цвета. В этом смысле возможно использование и цветового значения слова аспид. Решение данной проблемы не видится нам однозначным, поэтому контекстуальный колоратив мы не стали относить к группам текстовых заместителей.

Говорить о символике и эмоциональной окрашенности черного цвета без обращения к символике и значению белого в контексте творчества поэта невозможно. Эти два цвета, по праву занимающие позиции доминантов, являются членами основной для Высоцкого бинарной оппозиции, они могут дополнять друг друга и могут быть противопоставлены. Могут выступать в привычной для них роли антонимов, а иногда Высоцкий ставит их в один контекстуальный ряд, наделяя функциями и значением синонимов.

Два основных цвета — белый и черный - «как в древности, так и в другие времена часто выступают в роли мифов, то есть знаков, неразделимых с означаемым (ещё не разделившихся или вновь воссоединенных волей художника» [Миронова 1993: 174]. Именно в этом аспекте следует воспринимать представленную в творчестве Высоцкого оппозицию «черный - белый». «Универсальная для всех времён и культур оппозиция, предопределённая антонимическими свойствами данных цветовых слов в их переносных и символических значениях» [Зубова 1989: 117], часто получает у Высоцкого традиционную интерпретацию, когда чёрное имеет негативное содержание, а белое — позитивное. Более того, Высоцкий, как истинный художник слова, использует эти два цвета для достижения эффекта контраста, с помощью которого при чтении стихотворения возникает яркий зрительный образ:

Шабаш калился и лысел,
Пот лился горячо,
Раздался звон — и ворон сел
На белое плечо

(Ошибка вышла)

Ворон здесь является косвенной номинацией чёрного. В контексте стихотворения ворон — предвестник ухудшения состояния больного. Мы подсознательно видим ворона в «черном цвете», тем более что у Высоцкого и в других стихотворениях встречается чёрный ворон («Пусть над нами кружат чёрны вороны, // оно он дорог мне и в неволе», «РТван да Марья»). «Плохому» цвету воронья противополагается белый как «положительный» [Купчик 2001: 547].

Если   белый   цвет   у   Высоцкого   амбивалентен,   может   быть позитивным и негативным, то чёрный почти всегда негативный. Интересно, что признаком «черноты» Высоцким чаще всего отмечено то, что окружает человека. Черными могут оказаться женщины, лёгкие, сапоги, воронок, очи, повязки на глазах, хлеб, флаг и т.д.

Цветообозначение черный нередко употребляется Высоцким по отношению к предметам, олицетворяющим вероломство, насилие и горе. Часто этим предметом являются «вечные» символы правоохранительных органов:

Армян в браслетах и серьгах
Икрой кормили где-то,
А друг мой в чёрных сапогах —
Стрелял из пистолета

(Открытые двери...)

Правда ведь, обидно - если завязал,
И товарищ продал, падла, и за все сказал:
За давнишнее, за драку - все сказал Сашок, -
И двое в синем, двое в штатском, черный воронок...

(Правда ведь, обидно...)

В стихотворении «Мой черный человек в костюме сером...» образ черного человека отсылает нас к «Моцарту и Сольери» А.С.Пушкина, где черный человек — предвестник несчастий и смерти. Но в отличие от пушкинского, у Высоцкого он многолик - это министры, домуправы, офицеры, кликуши, друзья-поэты. Меняя личины, черный человек сопровождает лирического героя на протяжении всей жизни и является причиной его несчастий, а в итоге и смерти. У фразеологической единицы черный человек появляются две группы контекстуально обусловленных сем: 1) чиновник, представитель власти, объединенные общей семой власть; 2) обыватели, друзья. Черный в контексте данного произведения имеет несколько смыслов: 1. Плохой, отрицательный; 2. Преступный, злостный. Не случайно черного человека Высоцкий сравнивает со злобным клоуном, без причины бьющим под дых, дающим добрые советы.

Зловещий смысл чёрного цвета может быть подчёркнут использованием в качестве цветонаименований глагольных форм с негативной семантикой. Обычно они употребляются в значении «обманывать», «порочить» или «угасать», «болеть», «умирать». Однако не всегда у Высоцкого чернеть от горя, умирать значит навсегда утрачивать жизненные силы. Смерть и траур могут быть священными, достойными уважения. В стихотворении «Водой наполненные горсти...» симпатии автора на стороне черногорцев («Мне одного рожденья мало - // Расти бы мне из двух корней! // Жаль, Черногория не стала // Второю родиной моей»). Обыгрывая лексему Черногория, автор «заставляет» чернеть от огня горы, а женщин чернеть от горя. Смерть в этом стихотворении «привычного» черного цвета, но она героическая, вызывающая уважение, траур беззвучный, а слезы молчаливые, чтоб не услышали враги. Лексемы истинное мщенье, несогласие, бунт, не сдавался в плен преобразуют семную структуру черного, появляются семы героизм, месть, жертвенность, а окружающий контекст придает цветообозначению коннотацию уважения, гордости за свой народ:

Цари менялись, царедворцы,
Но смерть в бою всегда в чести, -
Не уважали черногорцы
Проживших больше тридцати.

Обозначения чёрного цвета встречаются у Высоцкого при упоминании предметов поклонения верующих людей (икон). В стихотворении «Старый дом», являющемся заключительной частью дилогии «Очи черные», тавтологическое сочетание «черная копоть» под иконами олицетворяет зло, невежество и безбожие. Отношение героя к дому, в который он попал, проявляется в выборе оценочной лексики: дом как кабак, враг, непрошенный, образа перекошены, припадочный малый, придурок, вор, барак чумной. Стихотворение интересно цветовым решением: ожидания героя явно связаны со светом (укажите мне край, где светло от лампад), а попал он в дом, погруженный во мрак, где погас свет лампад, где живут впотьмах, в зле да в шепоте, под иконами в черной копоти. Герой обманут, разочарован, он вынужден башку очертя спасаться бегством из дома, где иконы в черной копоти.

Итак, черный и белый — ключевые цвета в картине мира В.Высоцкого. Их символические значения выявляются на уровне сопоставления и противопоставления. В художественном творчестве поэта преобладают более поздние представления о белом цвете как показателе чистоты, молодости, радости, доброты, а о чёрном — как показателе влияния зла, нечистоты и мрака. Однако нельзя не учитывать гендерной специфики этих цветов. Черное и белое, это не всегда плохое и хорошее. Это часто просто мужское и женское:

Пришла к нему под черное крыло —
И встала рядом белая мадонна!

(Жили-были на море...)

Тем не менее сочетания двух диаметрально противоположных начал: белого и чёрного, положительного и отрицательного, светлого и тёмного в одновременном противопоставлении — повлияло на значение одного из двух цветов. А именно: семантика белого подверглась модификации, переосмыслению, что объясняется амбивалентностью значений белого цвета. Поэтому белый цвет в палитре Высоцкого нередко может быть сопряжён с горем и смертью, то есть быть синонимом черному. Но и черный не остался неизменным. Он также способен трансформироваться в белый в пределах определенных контекстов.

В песне «Белое безмолвие» чистота человеческой души и чистота северной природы маркируются белым цветом. Однако белый цвет здесь разный. Белая тишина бескрайних северных просторов предназначена птицам. Это они по собственной воле летят на север: «...Все стремится к теплу от морозов и вьюг, — // Почему ж эти птицы на север летят...». Белое безмолвие льдов океана для них - это простор, свобода, надежда. Черному здесь не место:

Север, воля, надежда - страна без границ,
Снег без грязи - как долгая жизнь без вранья.
Воронье нам не выклюет глаз из глазниц –
Потому, что не водится здесь воронья

Однако в разных контекстах песни лексема белый наполняется различной семантикой. Оценить чистоту («белизну») человеческой души невозможно без диаметрально противоположного черного. Когда белого слишком много, он становится пустым, безмолвным.

Как давно снятся нам только белые сны –
Все другие оттенки снега занесли, -
Мы ослепли - темно от такой белизны, -
Но прозреем от черной полоски земли

(Белое безмолвие)

В приведенном выше контексте актуализируется двойственность понимания черного и белого. Автор явно сталкивает эти бинарные колоративы, заставляя задуматься, что же лучше — белые сны без единого оттенка или все-таки зримый черный цвет, цвет земли, дающий возможность прозреть ослепшему от белизны. Авторские предпочтения в данном контексте очевидны. По-видимому, речь идет о таком явлении, как энантиосемия, достаточно редком, а потому особо значимом, когда белый цвет становится синонимом черному.

Дюпина Ю.В. Цветообозначения в репрезентации поэтической картины мира Владимира Высоцкого: структура, семантика, функции. - Тюмень, 2009.

Новые материалы

Роль цветообозначений в создании образной системы поэзии В. Высоцкого

Известно, что лексика со значением цвета — это одно из важнейших средств создания словесной живописности и конкретной художественной образности в поэзии. Эта лексика позволяет художнику слова представить изображаемое в непосредственной наглядности, «зримости».

Подробнее...

Зеленый в цветовой картине мира В.Высоцкого

Общее количество лексем микрополя зеленого цвета в цветовой картине мира В.Высоцкого составляет 27 членов. Основная цветовая нагрузка лежит на семантическом ядре микрополя - это немотивированное моносемное прилагательное зеленый (1. Цвета травы, листвы. 3. Относящийся к растительности; состоящий, сделанный из зелени).

Подробнее...